Лёд тронулся

Тут говорят, что исполняющий обязанности олигарха господин Дерипаска стал беднее на миллиард по итогам так называемого «Рыбка-гейта». Хотя казалось бы: кому какое дело, кто кого катает на яхте, это вообще его личная жизнь, не нам судить и прочий набор псевдолиберальных благоглупостей. А вот нет, уважаемый, вынь миллиард и положи на стол. Ещё досталось господину Вексельбергу. Как я уже говорил в предыдущем посте, никто на Западе цацкаться с зиц-председателями не будет, если кто из них уйдёт на пенсию живой — это будет небывалая удача. Вот и пример не заставил себя ждать. То ли ещё будет. С другой стороны, показательна реакция российских властей. Проштрафившимся милилардерам обещали помочь, и что-то подсказывает мне, что помощь эта будет осщуествляться на бюджетные деньги. Вообще помогают у нас в основном почему-то не социально незащищёным слоям населения, а всё больше миллиардерам, банкирам и прочим представителям российского истеблишмента, руководствуясь, видимо, немудрённой логикой «деньги к деньгам». Что на фоне непростой экономической ситуации выглядит особенно пикантно. Действительно, нельзя же вместо «Бентли» на «Форд Фокусе» ездить, все эти люди такого просто не переживут, а это ведь, безусловно, лучшая часть нашего человеческого капитала. Получается очень весело: санкции накладывают на верхушку, власть даёт им денег, и как будто бы средняя температура по больнице остётся прежней и виноваты во всём, конечно же, проклятые европейцы. Нам же остаётся только затянуть пояса и сильнее любить нашего национального лидера, сплотиться вокруг президента, держать и не отпускать.

Мёртвые души

Сейчас, когда все немного успокоились, а наиболее неспокойным, кажется, заткнули рты, позволю себе высказаться о причине кемеровского инцидента. На мой взгляд, всё настолько просто, что даже задаваться этим вопросом смешно, но я всё же позволю себе быть смешным. Дело в том, что те, кто управляет нашей страной вообще и Кемеровской областью в частности, не связывают свою жизнь со страной, где работают. Им на пенсии, их детям и внукам не придётся здесь жить (или они очень на это надеятся). Свои жизненный планы и перспективы для своего потомства они видят в странах проклинаемого ими же самими с телеэкранов Запада: там они хранят свои деньги, там учатся их отпрыски и там они собираются окончить свои мытарства в этой обители скорби. То же самое верно и для верхнего эшелона российского «бизнеса» (беру это слово в кавычки, потому что тратy полученных от государства денег на проституток во Франции бизнесом не считаю).

Collapse )

(no subject)

Крепко задумался, а за что же, собственно, борятся условные «правые» или «левые», кроме тривиального ответа «за власть»? И с некоторым удивлением для себя нашёл ответ. Пожалуй, это в первую очередь противостояние двух кратин мира, борьба за то, чьи метафоры более точно описывают реальность. То есть, например, та же революция 100 лет назад — это что? Для консерватора, пожалуй, «одна из величайших трагедий в истории рода человеческого, провал крупнейшего цивилизационного проекта и развал 300-летней Империи». С другой стороны, для коммуниста это «одно из грандиознейших вполощений разумного начала в мировой истории, прекрасный и один из важнейших дней в борьбе мирового пролетариата против угнетения человека человеком». Хотя, по сути, описывается одно и то же событие. И при этом оба будут искренне уверенными в своей правоте. При этом, наверное, в здоровом обществе разные точки зрения являются более-менее репрезентативными артикуляциями интересов разных влиятельных групп и, позволяют, в конечном счёте, достичь более комплексной картины с одной строны и не допустить прямого столкновения, т.е. гражданской войны, с другой стороны. (Тут, кстати, и кроется причина столь повального увлечения историей: поскольку действительно влиятельная группа в нашем обществе одна, обе точки зрения должны быть выгодны именно ей, а этого проще всего достичь как раз переносом в прошлое, желательно как можно более древнее. То есть вопрос про революцию — это ещё очень хорошо, а вот когда в ход идут татаро-монголы или Иван Грозный, можно смело залипать в телефон, если нет возможности покинуть мероприятие: у человека или работа такая, или он профан совершнейший). При этом возможны, конечно, промежуточные варианты, вроде «это трагический, но неизбежный эпизод русской истории, горький урок, который нам пришлось выучить». Такой вопрос, конечно, не один (и, как правило, совсем не из истории), их может быть 5-10. И, в конечном счёте, политика — это в первую очередь культура диалога. (Поэтому, безусловно, из неё крайне желательно удалять тех, кто диалог срывает: орёт, переходит на личности, применяет подручные средства.) То есть, после выполнения программы минимум, «читать и учиться понимать прочитанное», в принципе, можно ставить перед собой более амбициозную задачу «говорить и учиться доказывать сказанное». 

Конец эпохи

Англичане, конечно, любят, скажем так, преувеличивать. Всем желающим оценить масштаб предлагаю в подробностях ознакомиться с историей британской античности. «Если нельзя, но очень хочется, то можно» — пожалуй, отличный национальный девиз для подданных Её Величества. Наверное, одним из крупнейших преувеличений в британской истории является знаменитая Британская империя как таковая, та самая, над которой никогда не заходит солнце. Нет, я не хочу отрицать масштабов этой колониальной империи. Дело в другом. В том, когда она стала, собственно империей (тут настойчиво предлагаю поборникам конституционности британской монархии прекратить чтение во избежании шока). Зная англичан, можно предположить, что веке там в XVII-XVIII. Но нет. Первой императрицей стала небезызвестная королева Виктория. То есть не совсем императрицей, на самом деле, а королевой-императрицей. И не Британии, а Индиии. В 1877 году. Собственно, её титул как раз значил, что она была королевой на одной территории (Великобритании) и императрицей на другой (Индии). Называется это знаменательное событие «Делийский дарбар» и в его ходе английская королева получила корону Великих Моголов. В дальнейшем оно повторялось дважды, в 1903 и 1911 годах. То есть, грубо говоря, история великой Британской империи насчитывает 1 королеву-императрицу и 3 короля императора (третий провести соответствующее мероприятие банально не успел, индийский народ начал борьбу за независимость) и 80 лет империи (до того, как Индия в 1947 году стала независимой).


Collapse )

Если подумать

Всё чаще задаюсь банальным вопросом. А почему бы вообще не легализовать коррупцию вместо того, чтобы с ней бороться? Ввести прозрачные тарифы взяток, проводить аукционы на особо хлебные должности, имущественный ценз на выборные (как для кандидатов, так и для голосующих). Во-первых, это увеличит приток денег в бюджет. И не засчёт поборов с населения, вроде оплаты капитального ремонта, а просто те, кто побогаче занесут средств в казну. То есть, во-вторых, это куда больше будет способствовать удовлетворению потребностей населения в некоторой абстрактной социальной спрведливости, чем самодоволные миллионеры-депутаты, которые ещё и льготы на проезд имеют в общественном транспорте. Единственное, что от этого может остнавливать — так это ложные стыдливость перед странами Запада, где вроде как коррупция не принята. Ну так будто бы и не справляемся мы без коррупции. Почему бы не сказать об этом прямо и открыто в лицо, признать проблему, так сказать? Можно добавить, что мера временная, ну, на 50 лет там. Потом запретим, когда средства более-менее распределяться. Да и чего стыдится? У нас ведь свой путь, особый, В этом, кстати, главная проблема всех борцов с коррупционерами, в том числе и того, который как Саакашвили. Что-то мне подсказывает, что подавляющее большинство населения России хотят не победить коррупцию, а занять места коррупционеров. Это если отбросить ложную скромность.

А ларчик-то просто открывался!

Никогда не понимал, откуда в советской послевоенной пропаганде взялись пресловутые «фашисты». Вроде бы воевали мы с национал-социалистической Германией, но вот «фашисты» и всё тут, закрыли вопрос. А сегодня наконец дошло. Одно дело «фашисты». Что такое толком некому непонятно, вроде бы были в Италии, как будто бы они и империалисты-капиталисты, всё это отлично вписывается в общую картину социалистического мировоззрения. А другое дело НСДАП, которые, извините, социалисты. Это что, получается, одни социалисты воевали с другими? Такого очевидно не может быть, потому что не может быть никогда. Да и мало того, что социалисты (хотя и этого достаточно), так ещё и партия у них рабочая. Такого допустить не могли ни при каких обстоятельствах. Поскольку если они социалисты, к тому же представляют интересы рабочих, то чем же их национал-социализм отличался от социализма советского? Возникновения такого вопроса в умах трудящихся допустить было нельзя ни при каких обстоятельствах, поэтому и прут изо всех щелей абстрактные для нас «фашисты». Термин, полагаю, мог и случайно подвернуться, может был и какой-то формальный повод. Но причина теперь вполне ясна. Отсюда же, кстати, полагаю, и пресловутый «антифашизм».

Не требую перемен

Одни из самых неприятных черт советской и т.н. «постсоветской» (так называемой, потому что она так и осталась советской в своих базисных установках) — это постоянные перемены. Причём во всём. Сегодня товарищ Троцкий — верный соратник великого Ленина и борец за дело революции, а завтра оказывается немецким шпионом. Сегодня дети в школах учаться по одним учебникам и готовятся сдавать экзамены в институты, а завтра вводят ЕГЭ. И, будьте уверены, послезавтра, ровно тогда, когда к нему все привыкнут, ЕГЭ отменят. От изменений никуда не дется, они везде. И причём почти всегда происходят тогда, когда-то ты к чему-то привыкаешь, та или иная сторона жизни становится рутинной и по своему приятной. Советским людям расслабляться, конечно, не положено, и подвоха нужно ждать всегда и во всём. Но не до такой же степени.

Collapse )

100 лет вместо

В общественном мнение глубоко укоренено крайне превратное представление о революции как о смене государственного строя. Будто бы, когда нормальное развитие государства невозможно, есть вариант сменить направление его движения, радикально отказавшись от старых устоев и двинуться дальше, в прекрасное светлое будущее. Полагаю эту точку зрения весьма пагубным заблуждением. На самом деле, революция — это разрушение государственного строя, катастрофа, которая ведёт к непременному и резкому падению уровню жизни населения вплоть до гражданской войны и голодной смерти. Это упразднение государства, сопровождающееся резким одичанием, вслед за которым людям, вынужденным жить на данной территории, ещё долго предстоит приходить в цивилизованное состояние. Говорить «о смене режима» в таком случае столь же уместно, как говорить о смене курса при крушении корабля. «Этот корабль держит курс на дно».

Collapse )